Участие в 7-й Конференции Сторон Тегеранской конвенции предоставило возможность проанализировать динамику регионального сотрудничества в области охраны окружающей среды Каспийского моря и вновь обратить внимание на требования предстоящего этапа этого взаимодействия.
Сегодня Каспийское море сталкивается с комплексом взаимосвязанных проблем; изменения уровня воды, последствия изменения климата, загрязнение из наземных и морских источников, морской мусор, изменение и деградация качества прибрежных и водно-болотных мест обитания, а также давление на биоразнообразие могут рассматриваться по отдельности, но на самом деле они представляют собой элементы единой и взаимосвязанной экологической системы.
Трансграничный характер этих проблем требует, чтобы ответ на них не ограничивался рамками независимых национальных мер. Наряду с ответственностью и суверенитетом каждого из прикаспийских государств необходимо укреплять последовательное, непрерывное региональное сотрудничество, основанное на общих знаниях.
За последние более чем два десятилетия Тегеранская конвенция створила важную правовую и институциональную основу для сотрудничества пяти прикаспийских государств. Сегодня политика Исламской Республики Иран и Организации по защите окружающей среды также основана на укреплении регионального сотрудничества, развитии научного мониторинга, сохранении биоразнообразия, снижении загрязнения и согласованном противодействии экологическим вызовам Каспийского моря.
Тем не менее текущий этап сотрудничества требует, чтобы наряду с продолжением переговоров и развитием правовых и технических рамок больше внимания уделялось тому, как региональные обязательства и решения трансформируются в практические действия и измеримые результаты.
В отношении значительной части проблем Каспия сегодня существуют серьезные научные и управленческие наработки. Поэтому одной из главных задач предстоящего периода является формирование замкнутой цепочки, связывающей региональное решение с национальной программой, национальную программу — с действиями на местах, а практическое действие — с измеримым экологическим результатом.
С точки зрения исполнительного управления в прибрежных провинциях этот вопрос имеет особое значение. Хотя формирование политики, международные обязательства и основная координация происходят на уровне правительств и национальных институтов, значительная часть реализации этих обязательств осуществляется в провинциях, городах, на реках, в водно-болотных угодьях, на охраняемых территориях и в прибрежной полосе.
В связи с этим системное использование потенциала прибрежных провинций и регионов при реализации национальных программ, связанных с обязательствами по Конвенции, может способствовать сокращению разрыва между выработкой политики и ее практическим осуществлением, а также повышению эффективности программ.
Опыт провинции Мазендеран наглядно демонстрирует важность этого подхода. Многие вопросы, обсуждаемые на региональном уровне, имеют конкретные проявления в этой провинции: от воздействия колебаний уровня воды на прибрежные и водно-болотные экосистемы до загрязнения, поступающего из водосборных бассейнов, морских и пластиковых отходов, защиты каспийских видов и необходимости адаптации экономической деятельности и прибрежных сообществ к меняющимся условиям.
В таких условиях прибрежные провинции можно рассматривать не только как арену реализации программ, но и как часть потенциала для разработки решений, апробации управленческих подходов и обмена опытом.
Создание условий для обмена практическим опытом между прибрежными регионами по таким вопросам, как управление чувствительными экосистемами, адаптация к колебаниям уровня воды, снижение загрязнения из наземных источников, управление морским мусором, охрана видов и участие местных сообществ, может способствовать приданию региональному сотрудничеству более прикладного характера.
Другим важным приоритетом является укрепление системы мониторинга и данных. Эффективное управление Каспийским морем невозможно без наличия непрерывных, надежных и сопоставимых данных.
Согласование методологий мониторинга, разработка общих показателей, использование современных технологий, дистанционного зондирования и спутниковых данных, а также создание регулярного механизма обмена и анализа информации могут способствовать формированию общей инфраструктуры для принятия экологических решений.
В этой связи цель заключается не просто в увеличении объема данных; гораздо важнее трансформировать данные в знания, знания — в решения, а решения — в эффективные действия.
В сфере биоразнообразия необходимость регионального сотрудничества также весьма ощутима. Каспийский тюлень является одним из наиболее ярких примеров. Трансграничный характер среды обитания и перемещения этого вида требует, чтобы программы мониторинга, учета и изучения случаев гибели, научных исследований, спасения, реабилитации и обмена информацией осуществлялись в рамках согласованного регионального подхода.
Укрепление согласованных программ по охране индикаторных видов может стать одним из практических примеров превращения сотрудничества в рамках Конвенции в полевые и поддающиеся оценке действия.
Наряду с этим чувствительные прибрежные и водно-болотные экосистемы обладают высоким потенциалом для реализации совместных научных и практических программ.
Комплекс Мианкале и залива Горган представляет собой важный пример в южной части Каспийского моря, который одновременно находится под влиянием изменений уровня воды, климатических условий, трансформации среды обитания и антропогенной нагрузки. Эта территория при поддержке и руководстве Организации по защите окружающей среды может стать подходящей площадкой для реализации пилотных проектов в области адаптации прибрежных экосистем, мониторинга изменений, управления пластиковыми отходами, сохранения биоразнообразия и участия местных сообществ.
Результаты таких проектов при условии их научного проектирования и наличия надлежащей системы мониторинга и оценки могут быть использованы и для других прибрежных регионов, помимо решения местных проблем.
Еще одним фундаментальным требованием является обеспечение устойчивого финансирования программ охраны и адаптации. Противодействие долгосрочным изменениям экосистемы, последствиям изменения климата и утрате биоразнообразия невозможно осуществлять исключительно на основе разового финансирования и краткосрочных проектов.
Исполнительные программы с самого начала должны сопровождаться соответствующими финансовыми механизмами, а выделение ресурсов должно быть по возможности связано с достижением конкретных, измеримых и поддающихся оценке экологических результатов.
При этом участие местных сообществ является одним из ключевых компонентов устойчивой охраны окружающей среды. Практический опыт показывает, что охрана природы становится более устойчивой тогда, когда население, проживающее вокруг экосистем, является не просто адресатом экологических предписаний, но и активно участвует в процессах охраны, мониторинга, принятия решений и получении выгод от природоохранной деятельности.
Связь между сохранением экосистемы и законными интересами местных сообществ может стать одним из главных факторов повышения социальной и экологической устойчивости побережья Каспия.
Дискуссии и направления, намеченные на COP7, в очередной раз продемонстрировали, что защита Каспия требует неразрывной связи между региональным сотрудничеством действия.
Наряду с этим чувствительные прибрежные и водно-болотные экосистемы обладают высоким потенциалом для реализации совместных научных и практических программ.
Комплекс Мианкале и залива Горган представляет собой важный пример в южной части Каспийского моря, который одновременно находится под влиянием изменений уровня воды, климатических условий, трансформации среды обитания и антропогенной нагрузки. Эта территория при поддержке и руководстве Организации по защите окружающей среды может стать подходящей площадкой для реализации пилотных проектов в области адаптации прибрежных экосистем, мониторинга изменений, управления пластиковыми отходами, сохранения биоразнообразия и участия местных сообществ.
Результаты таких проектов при условии их научного проектирования и наличия надлежащей системы мониторинга и оценки могут быть использованы и для других прибрежных регионов, помимо решения местных проблем.
Еще одним фундаментальным требованием является обеспечение устойчивого финансирования программ охраны и адаптации. Противодействие долгосрочным изменениям экосистемы, последствиям изменения климата и утрате биоразнообразия невозможно осуществлять исключительно на основе разового финансирования и краткосрочных проектов.
Исполнительные программы с самого начала должны сопровождаться соответствующими финансовыми механизмами, а выделение ресурсов должно быть по возможности связано с достижением конкретных, измеримых и поддающихся оценке экологических результатов.
При этом участие местных сообществ является одним из ключевых компонентов устойчивой охраны окружающей среды. Практический опыт показывает, что охрана природы становится более устойчивой тогда, когда население, проживающее вокруг экосистем, является не просто адресатом экологических предписаний, но и активно участвует в процессах охраны, мониторинга, принятия решений и получении выгод от природоохранной деятельности.
Связь между сохранением экосистемы и законными интересами местных сообществ может стать одним из главных факторов повышения социальной и экологической устойчивости побережья Каспия.
Дискуссии и направления, намеченные на COP7, в очередной раз продемонстрировали, что защита Каспия требует неразрывной связи между региональным сотрудничеством, национальной политикой и исполнительным потенциалом на местах.
На данном этапе оценка прогресса также должна быть более ориентированной
